Иваново Помнит

Ивановская область

12 Декабря 09:56

Буров Ярослав (28.09.1976-12.03.1996)

нет фото

 


Рядовой ВВ МВД РФ Буров  Ярослав  Викторович, снайпер

Родился 28 сентября 1976 года в городе Кингисепп.

Проживал в городе Норильск Красноярского края.

После окончания школы учился в техническом колледже.

Вернулся на родину и 7 декабря 1994 года был призван в ряды Внутренних войск МВД РФ Кингисеппским ОГВК.

Окончил учебное подразделение ВВ в городе Новоуральск Свердловской области, где был приведен к военной присяге 24 января 1995 года.

Летом 1995 года в составе батальона оперативного назначения был направлен в город Березники Пермской области (войсковая часть 6658), где овладел военной специальностью «снайпер».

В декабре 1995 года подразделение было направлено в Чеченскую Республику.

Принимал участие в боевых восстановления конституционного порядка в должности снайпера.

Погиб 12 марта 1996 года, в результате минно-взрывной травмы на блок-посту в городе Моздок.

Похоронен в  городе Кингисепп Ленинградской области.

Мама Ярослава, Бурова Надежда Леонидовна, проживает в городе Кинешма Ивановской области.


ПАМЯТЬ:

Говорят, героями не рождаются. Ими становятся. И бывает, героический поступок — последнее, что человек успел сделать на земле. Потому что, к сожалению, в наши дни слова «героизм» и «война» все чаще слышатся рядом. Дело политиков и военных разобраться, кто виноват в чеченской трагедии. Но наш человеческий долг помнить о тех, кто оставил в Чечне самое ценное — свою жизнь.
Жил в Кайеркане мальчик. Такой же, как все. Разве что глаза чуть грустнее и улыбка чуть добрее. Но кто тогда обращал на это внимание! Звали мальчика Ярослав Буров. Но привычнее его короткое и ласковое — Ярик. Каким он был? Добрым, искренним. Он сердцем улыбался людям. И вот еще короткий штрих к портрету: в Ярике ощущалось внутреннее благородство, нечто от рыцарства былых времен. О нем говорили: «Настоящий друг! Парней, как он, еще поискать». Так и шел он по жизни — ребенок, подросток, юноша, знавший цену слову «честь».

Позади остались школа и технический колледж. Ярик уезжает на родину, в Кингисепп, откуда его и призвали в армию в декабре 94-го. И потянулись армейские будни…

«Здравствуйте, дорогие! Пишу вам с далекого Урала, из холодного и морозного Новоуральска-1. Это под Свердловском. Как приехали сюда, сразу отвели нас в баню, одели в военную форму-«афганку». Пишу, пишу, а не написал, в какие войска попал. Так вот, попал я в войска МВД… А! Совсем забыл. Скоро же Новый год! От всей души поздравляю вас с этим зимним праздником. Желаю вам всего самого-самого наилучшего. А главное здоровья. Очень крепко целую, ваш Ярослав».

«Здравствуйте, дорогие и любимые. Пишу из Свердловского края, где подснежники почти не цветут, где в шесть утра поднимают и в столовую строем ведут. Двадцать четвертого числа принял воинскую присягу. Стал воином России. Отсчитываем «дедушкам» стодневку. Расскажу, как мы встретили новый год. Сбросились в роте по пять тысяч. У нас первая учебная рота, сейчас пока 200 человек. Купили конфет, печенья, концентрированного лимонада, пряников и 2 палки колбасы. Досталось каждому по две конфетки, по четвертинке пряника, по кусочку хлеба с колбаской, которая просвечивала. Ну ничего, все были довольны.

В 10 часов расселись в вестибюле. Началось все с выступлений. Кто пел под гитару, кто показывал сценки. Было интересно. И посмеялись, и послушали. В 12 часов все, как положено, встали со своими кружками с водой, разбавленной концентратом, и прозвучал грохот кружек и курантов…

Самое главное забыл написать. Когда приезжала мама в день присяги, ей от всех матерей дали выступить. Мама такую речь произнесла, что все так громко захлопали. Даже полковнику полка в этот день так не хлопали». Январь. 1995.

Одно за другим шли ласковые, юморные письма, от которых материнскому сердцу становилось теплей. Однако ситуация вдруг начала накаляться.

«Новостей пока только, что меня взяли в БОН (батальон особого назначения). Все, конечно, рады, что завтра мы уже будем в ротах. У некоторых завтра уже будет стажировка в карауле. Не повезло, конечно».

Ярик не остался писарем. Не захотел он «прозябать» и в караульной службе. Желание все изведать? Стремление навстречу судьбе? Никто и никогда не сможет ответить на этот вопрос. А тем временем рядовой Буров в составе БОНа направляется для дополнительной подготовки в г. Березники Пермской области, откуда его путь прямиком лежит в ад.

«Здравствуйте еще раз, мои дорогие. Ну вот и появилась возможность написать письмо, которое никто не прочитает и в котором я смогу рассказать вам, о чем я думаю, живя здесь.

По дороге из Перми нам сказали, что пятнадцатого июня уезжаем. Пришло пятнадцатое число, а мы все здесь. Теперь говорят, что второго, но и второго никуда не поедем. Я так думаю, что поедем где-то в конце месяца. Вчера приезжал полковник из Перми. Сказал, что не хватает техники. И вот сегодня за ней поехали. Сказал, что поедем в какое-то селение, называется на «З». Сказал, что там все спокойно, живут какие-то старые казаки, «кормить вас там будут хорошо, постоянно приходит гуманитарная помощь, да и местное население будет вас греть».

«Пишу вам из Березников. Поездку отложили до 6 августа. Денег не хватает, говорят. Уже так здесь притомило, хоть беги, — шучу. Все лес заготавливаем. Уже черт знает, сколько заготовили.

…Сегодня после обеда, наверно, точно будет известно, поедем мы или нет. Уже все пошло к этому. Если никуда не поедем, это, конечно, хорошо. Но плохо то, что меня, да и не одного меня, все так достало, что жить здесь дальше невозможно».

И все-таки Чечня была уже неизбежна.

«Узнал много разных новостей! Но, во-первых, никуда мы не поехали. Нас оставили в резерве, чтобы все у нас было, чтобы все мы умели. Но поехать туда — стопудово поедем. Только неизвестно когда».

«Когда» наступило в декабре 95-го. Семья сразу поняла, куда попал их солдат: письма практически перестали идти. Но оставалась еще надежда, что их Ярика минует страшная участь.

«Здравствуйте, мои дорогие! Ну вот и письмо, которое вы, наверно, так ждали! Я жив и здоров, со мной все хорошо! Вот уже три месяца, как мы здесь. Служба у меня до сегодняшнего дня была на блокпостах КПП. Сначала с середины декабря до 6 января на одном КПП, потом на другом, а сейчас здесь, на ПВД (пункте временной дислокации). Даже не знаю, чего и написать. Хотя вы, наверно, так ждете от меня письма. Это письмо мое большей частью лирическое, с моими поздравлениями к вам. Поздравляю вас с праздником. Желаю всего самого наилучшего, здоровья, счастья, ну и всего… Чтобы женщины подарили вам прекрасные подарки. Ну и вы в свою очередь приготовили много прекрасных цветов к празднику 8 Марта. Чтобы они были в этот день самыми счастливыми».

8 марта 1996 года еще было счастливым. Но на краю бездонной пропасти горя, которое уже подстерегало семью.

12.03.96 г. снайпер российской армии Ярослав Буров погиб при исполнении воинского долга. Светлая память тебе, Ярик…

Т.КРЫЛЕВСКАЯ.

P.S. Не так давно произошло событие, еще раз всколыхнувшее сердца семьи Буровых. На родине Ярика, в Кингисеппе, его дядя случайно зашел в кафе, где играл ансамбль, и вдруг решил заказать песню «в память своего племянника Ярослава, погибшего в Чечне». После песни к нему подошли двое ребят, сказавших, что они тоже побывали в Чечне. Они спросили только: «Вы дядя Ярика Бурова? Мы его друзья. Служили вместе, а потом провожали его в последний путь. За что, почему погиб именно он?..»